21:32 

Морские операции у Порт-Артура и Вей-ха-Вея Октябрь 1894 — февраль 1895 г.

Samuray-08
Америка? Нет больше вашей Америки..
Глава XXII. Вильсон X. Броненосцы в бою. — М.: Изографус, ЭКСМО, 2003.
Морские операции у Порт-Артура и Вей-ха-Вея Октябрь 1894 — февраль 1895 г.


После поражения при Ялу китайский флот больше не показывался в море. Сильно поврежденный и разбитый, он удалился в Порт-Артур и не спеша чинился. Японский флот остался в море, и все корабли, кроме «Мацусимы», «Хиэя», «Акаги» и «Сайкио», произвели необходимые исправления, не заходя в порт. Адмирал Ито. в течение нескольких недель после сражения занимался главным образом конвоированием транспортов, не обращая никакого внимания на китайцев. 24 октября японские войска высадились вблизи Порт-Артура, и началась атака этого укрепления. Адмирал Тинг, выполняя приказ, ранее ушел в Вей-ха-Вей, где и оставался до окончания военных действий.

Как только адмирал Ито разобрался с транспортами, он тотчас пошел к Вей-ха-Вей, вызывая китайцев на бой. Их флот состоял из «Дин-Юаня», «Чин-Юаня», «Тси-Юаня», «Пин-Юаня», сильно вооруженного крейсера «Фу-Син»{311} и небольшого корабля «Гуан-Дин». Кроме того, там находились: «Чжень-Юань», наскочивший на камень при входе в гавань и потому временно небоеспособный; «Лай-Юань», крейсер с броневым поясом, не отремонтированный после боя при Ялу; «Гуан-Тси», не имевший вооружения; шесть канонерских лодок Рендела и четырнадцать миноносцев. Так как китайцы не показывали намерения выйти, то адмирал Ито вернулся в Порт-Артур, где он поддерживал атаки сухопутных войск 20 и 21 ноября.

21 ноября японские корабли стреляли по фортам с дальней дистанции, причиняя весьма незначительный [523] вред, и китайцы отвечали спорадически, не попав, впрочем, ни разу. В 16 часов, в то время как флот находился в шести милях от фортов, которые атаковали японские войска, полил сильнейший дождь. Под его прикрытием десять миноносцев, возглавляемые «Котакой» (построен «Ярроу», имел 1-дюймовую броню), устремились в гавань, поддерживаемые двумя крейсерами. Остальной флот помогал им стрельбой по фортам с дальней дистанции. Китайские солдаты толпились у воды, а тех, кто был на фортах, легко можно было поразить из гавани, так как укрепления располагались фронтом к суше. Миноносцы открыли огонь из своих скорострельных орудий, производя страшное опустошение, и довершили деморализацию китайцев, которые, подвергнувшись нападению с тыла, были объяты паническим ужасом. Благодаря этой смелой и стремительной атаке порт через какие-нибудь полчаса оказался в руках японцев. Китайцы заложили мины у входа, но они не взорвались. Это было блестящее дело со стороны японских моряков, не причинившее им самим никаких потерь. Со сдачи Порт-Артура они приобрели прекрасную морскую базу с доками и мастерскими в Печелийском заливе.

У китайцев оставался еще Вей-ха-Вей, и следующее нападение было произведено на эту крепость. 18 и 19 января флот бомбардировал Тенгчоуфу, лежащее на восемь — десять миль к западу от Вей-ха-Вея, а 20-го армия, высадившись к востоку от военного порта, начала осаду. Гавань образуют две бухты, против которых лежит остров Леукунгтау. Таким образом, в ней имеются два входа: один к востоку, значительной ширины с островом Джитау почти на самой середине фарватера, и один к западу, вдвое уже первого и довольно трудный для прохода вследствие подводных камней. Входы в гавань защищались очень сильными фортами и батареями с установленными на них тяжелыми казнозарядными скорострельными орудиями; гористые острова Леукунгтау и Джитау были тоже сильно укреплены. На Леукунгтау находилась главная квартира флота, артиллерийская и морская школы и мол для погрузки угля. Дока не было, а имелась только якорная стоянка, защищенная до некоторой [524] степени островом от бомбардировки с моря. Здесь собрались остатки китайской эскадры, и так как «Чжень-Юань» был отремонтирован, то на бумаге они представляли грозную силу и способны были создать много проблем неприятелю, если бы действовали энергично. В конце января японский флот показался против порта, сторожа оба его входа. Адмирал Тинг оказался в западне. На море были победители при Ялу, на суше — завоеватели Порт-Артура. Он мог выпутаться, только пожертвовав своими тихоходными кораблями, но от подобной жертвы он отказался.

30 января японские корабли вместе с армией открыли с большого расстояния огонь по фортам. «Нанива», «Акицусима» и «Кацураги» атаковали укрепления у Шаопеитсуи близ восточного входа и, после того, как ими был взорван один из пороховых погребов, заставили их замолчать. Тем временем остальная эскадра Ито бомбардировала Леукунгтау. Большинство сухопутных фортов перешло в руки японцев, и в ночь с 30-го на 31-е было решено произвести торпедную атаку на китайский флот. Оба входа в гавань были заграждены бонами, состоявшими из трех одно — и полуторадюймовых стальных швартовов, поддерживаемых на расстоянии 30 футов друг от друга деревянными поплавками. Восточное заграждение между Джитау и берегом имело длину около 3300 ярдов. В нем оставили два прохода: маленький у берега (загроможденный множеством скал, а потому очень опасный), и большой, шириной 300 футов, в середине, чтобы дать возможность китайским кораблям проходить в гавань и обратно. Мины были разбросаны в большом количестве, но оказались малодейственными. Блокируя Вей-ха-Вей, японцы сделали попытку очистить средний проход, но это им не совсем удалось. Поэтому миноносцы направились для атаки в ближайший к берегу проход, где они должны были находиться под прикрытием фортов, бывших в то время уже в руках их армий. Всего миноносцев насчитывалось 16, и они подразделялись на 3 отряда.

1-й отряд включал 6 миноносцев: № 23 (флагман), «Котака», № 7, 11, 12, 13. Во 2-й отряд также входили 6 миноносцев: № 21 (флагман), № 8, 9, 14, 18, 19. 3-й [525] отряд насчитывал 4 миноносца: № 22 (флагман), № 5, 6,10.

Как уже говорилось, «Котака» был построен «Ярроу» в 1886 г. и его скорость на испытаниях достигла 19 узлов; № 21 — миноносец Нормана, спущенный в 1891 г., показав скорость до 23 узлов; № 22 и 23 были построены «Шихау» в 1891 г., и максимальная скорость их равнялась 23 узлам. Это были все первоклассные миноносцы. Остальные принадлежали к второразрядным и были построены в Онагаме; по всей вероятности, их скорость при испытании не превышала 18–19 узлов.

Под прикрытием темноты миноносцы направились к проходу, но когда они приблизились к нему, то сухопутные форты открыли по ним огонь и тем их выдали. Японские комендоры приняли их за китайские, и миноносцам пришлось ретироваться. Они удалились, не понеся никаких потерь.

На следующий день была очень плохая погода, дул сильный ветер и шел сильный дождь. Большие корабли эскадры адмирала Ито ушли искать убежища в Тенгшоу, оставив крейсер для наблюдения за китайцами. 2 февраля они появились снова. Море было спокойно, но стоял ужасный холод. На расстоянии 2400 ярдов они быстро прошли мимо фортов Леукунгтау, которые еще оставались в руках китайцев, и бомбардировали их, но с незначительными успехами. Со своей стороны, китайские комендоры не смогли попасть в японские корабли, шедшие быстрым ходом. Ночью 2 февраля последовала новая попытка торпедной атаки, но неудачно, так как китайцы заметили миноносцы и открыли по ним огонь. 3-го и 4-го производилась энергичная бомбардировка острова, как со стороны суши, так и с моря. Китайские форты и броненосцы отвечали, но последние находились в затруднительном положении, имея мало места для маневрирования. 8 февраля двенадцать китайских миноносцев предприняли отчаянную попытку убежать через западный проход. Как только они вышли, японский флот открыл по ним огонь и начал преследовать, захватив или потопив большинство из них. Имея машины и котлы в плохом состоянии, эти миноносцы не могли надеяться убежать [526] от быстроходным крейсеров вроде «Иосино» и «Акицусимы».

Третью торпедную атаку решили предпринять в ночь на 4 февраля. Первый отряд должен был идти к западному проходу и устроить диверсию, выполнив ложную атаку. Настоящее же нападение должно было производиться с востока 2-м и 3-м отрядами. Около 3 часов ночи, когда зашла луна, десять миноносцев, входивших в состав этих отрядов, направились к среднему боновому проходу, пользуясь для определения направления мачтами «Дин-Юань»{312}. К несчастью, миноносцы № 8 и 21 ударились о скалы при входе и хотя сошли с них, но уже не смогли принять участие в атаке. Мороз был страшный — 18 °С, на ходу брызги, попадавшие на торпедные аппараты, замерзали, вызывая обледенение.

Атаку в 4 часа начал миноносец № 5, близко подойдя к китайцам, но слишком рано выпущенные торпеды не попали в цель. За ним следовал миноносец № 22; он приблизился тихо, выпустил три торпеды, затем развернулся и удалился, причем никто из находившихся на нем не мог сказать, попали ли торпеды в китайские корабли или нет. Экипаж выполнял строгий приказ, запрещавший людям рисковать, высовываясь наружу. Отходя задним ходом, чтобы уйти от китайцев, которые открыли по нему сильный огонь, миноносец или столкнулся с китайской шлюпкой, явившейся для того, чтобы отогнать его, или же, что более вероятно, задел за камень и потерял руль. Минуту спустя он с силой был брошен на скалы, и так как положение его оказалось безнадежно, то экипаж решил покинуть миноносец. У них была всего одна шлюпка, вмещавшая шесть человек, а на корабле было их 16. Первый партия благополучно достигла берега, но на втором рейсе шлюпка пошла ко дну у самого берега, оставив на миноносце мичмана и шестерых матросов. Так в ужасный мороз они оставались до рассвета. Офицер Судзуки и один из матросов, почти замерзшие, упали за борт и утонули. С рассветом китайцы открыли [527] огонь по пятерым оставшимся, но их увидели с берега и выслали шлюпку, которая и доставила на берег полуживых уцелевших.

Затем следовал миноносец № 10. Идя со скоростью 10 узлов, он прошел очень близко от нескольких мелких китайских судов и миноносцев, стоявших на якоре к западу от Джитау. Подходя к большим неприятельским кораблям, он столкнулся с другим участвовавшим в нападении миноносцем, но без всякого для себя вреда. Приближаясь под градом снарядов орудий и пушек Гатлинга, миноносец вдруг увидел перед собой большую серую массу. Это был «Дин-Юань», и по нему он выстрелил из своего носового торпедного аппарата. Из-за обледенения торпеда не вылетела из аппарата, а застряла, так что половина ее торчала наружу, а половина осталась внутри. Командир осторожно описал циркуляцию влево и выстрелил из торпедного аппарата правого борта. Несмотря на то что прицел произведен был тщательно и была взята точная поправка на скорость, направленная в середину «Дин-Юаня» с расстояния 300 ярдов торпеда только-только попала в корму. Один из матросов видел, как она взорвалась. Миноносец № 10 под сильным огнем китайцев тотчас же повернул и, поворачиваясь, задел торчащий из его носового аппарата торпедой миноносец № 6. Оба они подверглись страшному риску, так как предохранительная шпилька ударника была срезана, но взрыва не последовало. Они разошлись, и миноносец № 10 удалился, а № 6 отправился вперед продолжать атаку. Подойдя на расстояние выстрела, он выпустил из носового аппарата торпеду, и как и в случае с № 10, она застряла. Повернувшись, миноносец пустил в ход аппарат правого борта, но вылетевшая торпеда переломилась пополам. Град однофунтовых снарядов из пушек Гочкиса обрушился на него с броненосца, но, как ни странно, не причинил никакого вреда. Только один снаряд попал в корпус рядом с машиной и застрял в борту, не разорвавшись. Вероятно, во время полета снаряда ослаб винт ударной трубки.

Миноносец № 9 пустил торпеду в посыльное судно, но вслед за этим сам был пробит снарядом, взорвавшим его котлы. Два человека получили смертельные ранения, [528] два — легкие; четверо же обварились до смерти. Миноносец, однако, еще держался на воде. Несколько минут он беспомощно стоял под сильным огнем, пока миноносец № 19 не подошел к нему на помощь и не взял его на буксир, но поврежденный № 9 пошел ко дну прежде, чем его удалось вывести из гавани. Атака закончилась, и японские корабли удалились. У миноносцев № 8 и 18 были повреждены рули или винты либо от того, что они наскочили на камни, либо же от ударов о бон, но их удалось увести на буксире. В миноносец № 6 попало сорок шесть пуль из винтовок и один снаряд пушки Гочкиса; в миноносец № 10 — два выстрела из винтовки. Потери в людях, однако, были невелики. Поврежденные миноносцы частично отремонтировали на месте, частично отослали в Порт-Артур.

Четвертую и последнюю атаку произвели ночью 5 февраля. На этот раз первый отряд был выбран для серьезного дела, а остатки второго и третьего отрядов должны были караулить западный проход. Китайцы не замечали миноносцев до тех пор, пока те не очутились уже среди них, но и тогда они оказали лишь слабое сопротивление. «Котака» и миноносцы № 11 и 23 выпустили семь торпед. В «Дин-Юаня» попала, кажется, еще одна; в «Вей-Юань» и в «Чин-Юань» — по одной. На этот раз «Лай-Юань» тоже получил удар и перевернулся, так что над водой виднелось его дно. Экипаж был заживо похоронен в железной могиле, и в течение нескольких дней оттуда слышались стук и крики. Прорезать дно оказалось очень трудно, а когда, наконец, это было сделано, то все люди были найдены мертвыми. «Дин-Юань», несмотря на попавшие в него торпеды, все еще держался на воде, но на следующий день было видно, как он медленно идет ко дну. Его водонепроницаемые двери или были заперты до взрыва, или же тотчас после него, что замедлило его гибель. «Чин-Юань» был поврежден, но не уничтожен и все еще мог стрелять из своих орудий. Понеся ничтожные потери — двенадцать человек убитыми и два миноносца потопленными, — японцы уменьшили китайский флот до того, что в нем остались только «Чжень-Юань», «Тси-Юань», «Пин-Юань» и «Гуан-Дин». [529]

6-го числа на остров были высажены новые партии матросов и морской пехоты для поддержки войск, высаженных туда ранее адмиралом Ито, а по фортам и уцелевшим кораблям китайского флота был открыт сильный огонь. 7-го числа японская эскадра вела энергичную перестрелку с китайскими укреплениями и серьезно пострадала. В «Мацусиму» попал снаряд, уничтоживший мостик и разбивший дымовую трубу, и почти сразу после этого второй снаряд пролетел сквозь машинное отделение и попал в минный погреб{313}, но, к счастью, отрикошетировал вверх и разорвался над броневой палубой, не причинив вреда. В «Иосино» и «Наниву» тоже попали снаряды. С другой стороны, был взорван один китайский пороховой погреб. 8-го числа штурмовали форты острова и взяли все, кроме одного. «Чин-Юань» был потоплен 9-го, как раз после того, как он сделал бортовой залп. Снаряд 9-дюймового орудия одного из сухопутных фортов, находившихся в руках японцев, попал в его носовую часть немного выше ватерлинии и пустил броненосец ко дну. Однако адмирал Тинг все еще держался, хотя враги теснили его со всех сторон и западное минное заграждение было уничтожено. В этот день в ватерлинию «Ицукусимы» попал неразорвавшийся снаряд. 10-го и 11-го бомбардировка продолжалась; в японские корабли «Кацураги» и «Тэнрю» попали снаряды, и они получили повреждения. 12-го адмирал Тинг покорился судьбе и сдался. Он не пережил поражения и предпочел умереть от собственной руки.

Общие потери японского флота в течение этих стычек составили два офицера и двадцать семь матросов убитыми, ранеными — четыре офицера, тридцать два матроса. Уцелевшие китайские корабли, включая «Чжень-Юань», были отведены в Японию.

С падением Вей-ха-Вея закончилась карьера адмирала Тинга. Этот бывший кавалерийский офицер продемонстрировал [530] чувство патриотизма и храбрость, но, быть может, сделал ошибку, отказавшись в начале осады выйти в море и рискнуть дать сражение. Если бы он был разбит, то результат ни для него, ни для его страны не мог быть хуже оказавшегося, а два его больших броненосца, возможно, смогли бы благополучно добраться до Фучоу, где они могли найти подкрепление из крейсеров южных эскадр. Японцам трудно было бы их удержать. Его тихоходные и слабые миноносцы, поврежденные корабли, вероломные офицеры и упавшие духом команды не были способны вести активную оборону или тревожить блокирующих в темные ночи, и в результате флот Тинга играл чисто пассивную роль. Он превратился в мишень для снарядов сухопутных фортов, для орудий, установленных самими китайцами.

Борьба японского флота с сухопутными фортами учит нас немногому, однако это малое подтверждает уроки прошлого. Не корабли, а тяжелая артиллерия на суше заставила замолчать форты, и адмирал Ито едва не потерял свой флагманский корабль. Торпедные атаки были хорошо задуманы и хорошо проведены, но деморализованное состояние китайцев тоже следует принять в расчет. Очевидно, что заграждения и мины составляют весьма слабую защиту, если они не находятся под прикрытием артиллерии и если проходы в них не охраняются баркасами и миноносцами. Еще более понятно, что только в полностью закрытых гаванях эскадры могут стоять в безопасности. Факт этот уже признан во Франции, где ценой больших затрат целые водные пространства окружены волноломами, как в Шербуре и Бресте. Он признан также и в Англии, доказательством чему могут служить новые сооружения в Портленде, Дувре и Гибралтаре. Это не означает, что британские эскадры будут следовать примеру китайцев и стоять в порту в то время, как неприятель будет носиться по морю; но необходимо иметь гавани в качестве убежищ, где отдельные корабли и крейсера, утомленные долгой блокадной службой или получившие повреждения, могли бы оставаться, не имея надобности даже быть настороже. Даже возможность торпедной атаки способна вызвать сильное напряжение у офицеров и команд. [531]

Появившись среди китайских кораблей, японские миноносцы не произвели такого всеобщего разгрома, которого можно было ожидать. Они не топили врагов направо и налево. С другой стороны, их потери в людях и кораблях оказались удивительно малы в сравнении с достигнутыми результатами. Утверждают, что они повредили пять кораблей водоизмещением, по крайней мере, в 14 000 т. Это представляет собой большую цифру, чем водоизмещения кораблей, потопленных или уничтоженных в сражении при Ялу. Ни один из атаковавших миноносцев не был потоплен непосредственно артиллерийским огнем, но ведь на китайских кораблях почти совсем отсутствовали скорострельные 6-дюймовые, 4,7-дюймовые, 20-фунтовые и 12-фунтовые орудия, которые, вероятно, остановили бы эти маленькие и легкие кораблики одним выстрелом; не имелось и достаточного числа 6– и 3-фунтовых орудий. Само собой разумеется, что атака стоящего на якоре «Ройял Соверена» или «Бреннуса» представляла бы совершенно другое дело. Кроме того, миноносцы поддерживались береговыми укреплениями, чего не могло случиться, если бы европейская эскадра отправилась разыскивать своего неприятеля в гавани. Это был первый случай, когда обыкновенному простому миноносцу удалось потопить большой корабль торпедой Уайтхеда. Как «Бланко Энкалада», так и «Акидабан» были атакованы торпедно-канонерскими лодками. Они применяли торпеды Шварцкопфа, и выстрел производился порохом, причем заряд в 200 граммов (менее четверти фунта) воспламенялся гальваническим током.

Примечание. В журнале «Блэквуд» («Blackwood») приводится следующий отчет о минной атаке на «Дин-Юань» из дневника коммандера Тайлера: «Я увидел приближающийся к нам контркурсом миноносец. Приблизившись на расстояние 300 ярдов, он круто повернул влево. Тут я заметил как раз, что один из наших снарядов оказал свое действие, так как над миноносцем поднялся столб пара. Несколько секунд спустя после того, как он повернул, его торпеда ударила в нас. Произошел громкий, тяжелый удар и сильное дрожащее [532] сотрясение, столб воды пронесся через палубы и почувствовался слабый, противный запах взрывчатых веществ... Минуту спустя после этого удара я был внизу. Вода била фонтаном из одной водонепроницаемой двери, и в моей каюте было воды более чем на фут... Водонепроницаемые двери... были в исправности и заперты. Однако в них всех оказались сильные течи. Корабль был выброшен на берег, но не наполнился и не затонул сразу, хотя во всех его переборках вследствие толчка была сильная течь. Таким образом, оказывается, что 125-фунтовый заряд хлопчатобумажного пороха не всегда наносит смертельный удар». [533]

@темы: Порт-Артур, история, китай, флот, япония

URL
Комментирование для вас недоступно.
Для того, чтобы получить возможность комментировать, авторизуйтесь:
 
РегистрацияЗабыли пароль?

Материалы по истории

главная